При том, что в первом полугодии эстонская Linda Nektar увеличила прибыль на 70% (до 411,5 тысяч евро), – цена акций на бирже все равно выглядит дорогой. Ведь даже если такую же прибыль удастся показать и во втором полугодии, EPS тогда составит 52 цента, а P/E при текущей цене предложения акций (ask) на уровне 8,23 евро, – составит около 16. Какие там перспективы? NaudasLietas.lv расспросили председателя совета и контролирующего акционера (81%) Linda Nektar Эрика Хагстрема.


Linda Nektar – типичный B2B бизнес: контрактный производитель фруктового (яблочного) вина, которое оптом продается производителям конечного продукта – в основном сидров и газированных «алко-попов». Рынок сбыта – в осовном (более 90%) в Эстонии, также небольшие объемы идут в Финляндию и Латвию. Компания с 1993 года принадлежала финскому алкогольному монополисту Primalco, с 2002 года и по сей день главный акционер – финская Fermex International.

Котируется по балтийскому списку First North с 29 мая прошлого года. Среди целей привлечения финнасирования – -во-первых, увеличение мощностей по производству вина, с выходом на рынки Швеции, Дании, Германии и пр. Во-вторых – финансирование R&D проекта, начатого еще в 2012 году, – разработка технологии для производства натуральных фруктовых ароматизаторов для пищевой промышленности.

В рамках проекта компания сама разрабатывает технологические процессы и оборудование, с целью наладить собственное производство, а также продавать технологию другим мировым производителям. По мнению руководства Linda Nektar, в последние годы на «натуральные ароматизаторы» растет спрос во всем мире.

ЧТО ПОСЛЕ БИРЖИ: ВЫВОДЫ

На бирже в прошлом году вы привлекли около миллиона евро.

Чуть меньше, 820 тысяч. Инвесторы приобрели около 10% от капитала компании.

На презентации вы сказали, что выбрали Nasdaq First North, потому что это современный способ привлечения инвестиций, – и еще «чтобы быть на карте».

Если вы спрашивате о нашей мотивации, почему мы пришли на Nasdaq и выпустили акции, то первичная причина – привлечь деньги, и усилить наш баланс. Это была задача номер один.

Были и другие возможные варианты, как привлечь внешних инвесторов, – в том числе через частные фонды капитала. Но эти варианты были бы ограничены по числу инвесторов. В итоге мы пришли на Nasdaq – и получили доступ к большему числу инвесторов и фондов, в том числе в будущем. Это главный момент.

А другие моменты?

Еще одна причина выбора в пользу Nasdaq – и ее на самом деле не раз упоминали другие эмитенты, пришедшие на биржу, – это возможность усилить дисциплину, и стать более привлекательным работодателем. Может показаться, что это только слова, дежурные фразы. Но это действительно работает. Может, никто просто не приводил соответствующих доказательств, что это работает, но у нас есть конкретные примеры из личного опыта.

Например?

Когда полтора года назад, до выхода на биржу, мы искали высококвалифицированных специалистов для наших лабораторий – качество кандидатов было далеко от того уровня, который мы видим в аналогичных ситуациях в этом году, когда компания принимала на работу новых специалистов.

А что вы имели в виду, говоря, что хотите «быть на карте»?

То же самое. Теперь мы «на карте»: потенциальные работники видят, – ага, это биржевая публичная компания, там есть интересные планы развития на будущее, и там было бы интересно работать. Так что это не только слова.

Допустим, это действительно помогает привлекать лучших специалистов. Но может ли это помочь в получении новых клиентов?

Да, но я не могу говорить об этом (смеется). Но это тоже имеет значение для клиента. Во-первых, выйти на биржу – это определенный знак качества твоих корпоративных процессов, операций. А клиенты смотрят не только на цену за единицу продукции, которую мы предлагаем, но и чуть шире – на историю компании, как она развивается, какие там цели на будущее.

И если ты идешь котироваться на биржу – это определенный сигнал: ты ориентирован на будущее, тебя заботит корпоративная репутация, как тебя оценивают инвесторы, – и также у тебя правильная структура менеджента. Насколько я замечал, в привлечении клиентов эти практические соображения тоже играют свою роль.

ГОТОВЫ ПЛАТИТЬ ТРЕТЬ ОТ ПРИБЫЛИ

Биржевые инвесторы могут задаваться вопросом: почему мне стоит покупать акции Linda Nektar? И они увидят ряд минусов:

Торговая ликвидность по этим акциям – минимальная;

Спреды – разница между ценами покупки и продажи – довольно некомфортные;

Акции довольно дорого оценены, с показетелем P/E около 19-20.

Что можете сказать о плюсах?

Конечно, это дивидендная политика. Мы платим дивиденды.

В этом году дивидендная доходность составила около 1% (9 центов на акцию при цене в 7.50 евро).

Немного больше.

Ну, около 1,2%.

Может быть, да. Но мы не установили такую планку, – платить в будущем конкретно 1%, или 2%, или 3%. То, что мы исторически показали – готовность платить приблизительно треть от чистой прибыли.

А что насчет текущей цены акций по отношению к прибыли?

У меня нет комментариев насчет цены. Как вы говорите, показатель P/E может выглядеть высоким, но я оставляю участникам рынка этот анализ справедливой цены.

Можно пару версий, чем такая инвестиция может быть привлекательна, на ваш взгляд?

Главное, что мы видим в Linda Nektar – это история роста. Мы развиваем новый бизнес, и планируем расти в будущем, – не только развивая региональные продажи нынешнего продукта, но и создавая новые направления бизнеса. У нас есть планы следующих шагов, мы не собираемся останавливаться на текущих уровнях. И это должно выглядеть интересно – иначе люди не покупают акции.

 

НИЧЕГО НЕ ОБЕЩАЕМ

У других балтийских эмитентов обычно есть конкретные сценариии долгосрочного роста и «светлого будущего», которыми можно «оправдать» высокую цену акций.

Например, оптимистичный сценарий развития Hansa Matrix – увеличить оборот в 2 раза за 5 лет. У литовского оператора крематория K2 LT – намерения в будущем построить второй крематорий в столице, и тоже нарастить обороты в разы.

Но у Linda Nektar я конкретных долгосрочных целей лет на пять вперед – не нашел.

Потому что наша политика в этом плане довольно строгая – ничего конкретного не обещать.

Но свое видение возможного будудущего у вас есть?

Мы не делаем прогнозы более чем на год вперед. Хотелось бы избегать точных цифр прогнозов. Но ранее мы говорили, что в 2017 году могли бы добиться оборота в 5 миллионов евро (эта цифра была указана полтора года назад, в проспекте компании перед выходом на биржу, и тогда руководство назвало эти ожидания «консервативными», – С.П.). Только, пожалуйста, не воспринимайте это как наш официальный прогноз. Эта цифра была озвучена, как наше стратегическое видение будущего роста.

У нас есть развитие, инновации. При этом у нас очень жесткая политика аммортизации: мы очень агрессивно списываем наши разработанные технологические ноу-хау, чтобы в балансе не были никакого «воздуха».

Вам не кажется, что отказ от обсуждения возможных сценариев будущего роста – это ошибка в глазах ваших инвесторов? Ведь остальные эмитенты First North в этом плане не стесняются, говоря о своих надеждах.

Думаю, наш подход – это лучше, чем рисовать амбициозные планы, которые, может быть, впоследствии не удастся достичь. В этом отношении я очень консервативен.

Объясню с точки зрения потенциального инвестора: если я хочу инвестировать в Linda Nektar – сегодня мне нужно заплатить более 8 евро за акцию. Это сравнительно дорого, если смотреть на результаты 2015 года.

Думаю, это проблема не бизнеса, а ограниченного числа торгуемых акций на First North. Это такой локальный феномен, когда P/E могут достигать довольно высоких показателей, 15 или 19. С другой стороны, ну и что с того…

У прочих эмитентов First North это можно отчасти объяснить заявлениями о больших планах, с конкретными цифрами оборотов – и инвесторам есть на что надеяться.

Да. Но это не наш способ, как работать с прогнозами.

О текущих показателях. Судя по темпам роста в первом полугодии, год вы можете завершить с оборотом порядка 4 млн евро. Значит, следующий год вы рассчитываете на рост еще около 20%

Ой, не зайставляйте меня эти цифры произносить! (смеется). В структуре управления Linda Nektar нет департамента, который производит видение и прогнозы – мы занимается бизнесом и его развитием.

 

НОВЫЕ ПАРТНЕРЫ

В вашей презентации сказано, что вы ищите партнера c, если можно так сказать, “полной цепочкой добавленной стоимости” – whole value chain. Что имелось ввиду?

Это говорится о тех разрабатываемых продуктах и технологиях, которые пока у нас в «трубе» (pipeline). И тут у нас глобальные интересы. Для нас нет вариантов – ни по времени, ни по прочим ресурсам, – чтобы завоевывать рынки за пределами Европы в одиночку. Для этого нам нужны партнеры и каналы.

Уже введете переговоры с потенциальным партнерами?

Мы делаем «скрининг» потенциальных стратегических партнеров. То есть, это уже не этап поиска кого-то для «скрининга».

В чем отличие?

Если ты ищешь – ты еще не знаешь, кто это может быть конкретно. А наша стадия – когда потенциальный партнер уже определен, и вы с ним общаетесь.

И как оцениваете процесс общения? Что со сроками?

Тут я оптимистичен. Думаю, в течение года у нас будет один и более новых каналов для наших продуктов.

В какой форме это партнерство может быть? Новое совместное предприятие, или иначе?

В какой бы форме это не было в итоге, начинается все с более близкого сотрудничества, когда вы узнаете друг друга, делитесь своими компетенциями, опытом. А дальше – будущее покажет.