Котирующее на бирже АО Latvijas Gāze (LG), в котором со следующего года останется 2 направления бизнеса из 4 – торговля и сети распределения – скорее всего сохранит стабильность показателей, во многом именно благодаря монопольному сетевому бизнесу. Какими могут быть внеочередные дивиденды, и чего ожидать после открытия рынка в апреле 2017 года – в интервью NaudasLietas.lv с членом правления LG Зане Котане.


 

На вебинаре LG говорилось, что доля отделяемой компании Conexus (хранение и транспортировка газа) в общей прибыли (EBITA) – 43%, а доля оставшейся на бирже LG (торговля и распределение) – 57%. Последняя цена «объединенного хозяйства» LG на бирже, которая была актуальна до акционерки 2 сентября, составляла около 9.30 евро. Сейчас – уже за по сути отделенный LG – чуть более 8 евро. Получается, что эта отделенная часть LG на бирже стоит примерно на 50% дороже, чем она должна была бы стоить, исходя из 57% от 9.30 евро. Как вы это можете объяснить?

Могут быть разные причины, почему цена на бирже не отражает пропорцию исторических результатов прибыли. Один из вариантов – представления акционеров о рисках в каждом из направлений бизнеса, или же предпочтение по конкретным инвестиционным направлениям. Кроме того, на цену существенно влияют ожидания акционеров по будущим дивидендам в каждом из предприятий. Дивиденды за 2016 год, несмотря на планируемое разделение компаний, получат именно акционеры Latvijas Gāze.

Кроме того, важна ликвидность ценных бумаг, которая у предприятий отличается. Наконец, фактор доверия к компании, ее управлению и стратегии, – тут пока больше ясности в отношении LG, а не отделяемой компании, которая еще даже не создана.

Про дивиденды. На внеочередном собрании акционеров в устав LG внесена статья о внеочередных (arkartas) дивидендах. При этом, в последнем отчета LG за полгода указана нетипично большая сумма наличных на балансе – 184 миллиона евро.

В этом году позже начался сезон закачки газа в Инчукалнс. В результате авансовые платежи за газ, потребляемый зимой, в этом году были внесены только в июле, а не в июне, как раньше. Так что остаток денег на счету – только и единственно из-за сдвига цикла закачки и оплаты газа. Эти средства не предназначены для выплат дивидендов.

Если посмотрим на изменения в уставе, то речь о сроках – чтобы дивиденды можно было платить быстрее, чем за период в 12 месяцев. Это не про то, чтобы выплатить остатки наличности на счетах. Выплачивается только заработанная прибыль.

Думаете, гипотетически промежуточные дивиденды не могут превышать сумму нетто-прибыли за полгода?

По закону, максимальная сумма дивидендов – не больше прибыли, которая была заработана в течение года.

Или еще нераспределенная прибыль прошлых лет?

Только не в случае внеочередных дивидендов, – это четко оговорено в коммерческом законе. Только прибыль, которая заработана в текущем году, не дожидаясь 12 месяцев, – это внеочередные дивиденды..

То есть, теоретически речь там может идти о выплатах в десятки сантимов на акцию, если говорить о прибыли за полгода.

Суть в том, что будет возможность платить дивиденды быстрее, чем было раньше. Или 2 раза в год, или по результатам квартала – такие возможности тоже есть. Но это будет требовать дополнительного аудита, и никакого решения (по конкретным выплатам) на сегодня не принято.

Про бизнес после разделения

О развитии бизнеса LG после разделения. В презентации был указан риск концентрации клиентов. Имеете ввиду крупнейшего клиента (Latvenergo)?

Мы указываем в отчетах концентрацию первой тройки крупнейших клиентов. Этот риск концентрации в газовом бизнесе, очень большой, и в условия открытия рынка актуален вопрос удержания доли рынка.

В то же время западная практика такова, что у крупного клиента не бывает только один поставщик газа. То, что вполне может быть у нас – что базовые поставки обеспечивает один продавец, пиковые – второй. Например, один поставляет газ из Инчукалнса, второй – из Литвы. Варианты могут быть очень разные. И мы указываем, что доля рынка может меняться из-за поведения одного игрока.

Несмотря на то, что решения LG (об отказе доступа к трубе) наверняка разозлили руководство Latvenergo, вряд ли они полностью перейдут на поставки из Литвы после апреля 2017 года.

Это экономическое решение. Никто из клиентов не отказывается от поставщика только потому, что их разозлили какое-то решения последнего. Вопрос в том, насколько конкурентоспособен ты по цене, и насколько гибки твои поставки, – для Latvenergo важны оба момента.

Например, наличие Инчукалнского газохранилища позволяет за короткий промежуток времени поставить очень большие объемы газа. Кто еще из торговцев будет готов взять на себя финансовый риск, и хранить этот газ в Инчукалнсе, предлагая клиентам такие поставки… Хотя, сегодня рано говорить. Может, эстонцы или литовцы решат такую услугу оказывать. До сих пор они не держали большие остатки в Инчукалнсе для нужд латвийского рынка. Но рынок откроется, и у каждого торговца будут свои стратегии и возможности выбрать.

Думаю, LG останется стабильным партнером и в будущем, и сможет предлагать крупным клиентам разные услуги, которые востребованы.

Какие у LG цели по рынку Балтии? Планируете свою долю удерживать, или есть мысли об экспансии?

Касательно стратегии торговли, да, мы думаем развивать свою долю рынка, и начать работу в Литве и Эстонии. Надежные поставки из Инчукалнса можем предложить и клиентам из соседних стран. Будем искать такие возможности, уже начали анализ. Но приоритет – конечно, Латвия.

А рынки Литвы и Эстонии уже открыты, клиенты там могут выбирать?

По-разному. Теоретически в Литве рынок газа открыт, на практике есть госсубсидии, механизм поддержки, который мотивируют клиентов приобретать природный газ у литовских компаний. По нашим оценкам, при нынешнем уровне субсидий идти на рынок Литвы – экономически нецелесообразно. Но в какой-то момент субсидии закончатся. И тогда наше предложение должно стать конкурентоспособным.

Что с Эстонией?

Эстонский рынок меньше. Там стратегии могут быть разные, оптовая торговля, или розница. Возможности есть.

 

Об особенностях прибыли

О бизнесе, который останется в LG – распределении и торговле. По финансовым показателям выглядит, что именно распределительные сети – это примерно две трети от прибыли (EBITDA) в отделенном LG, а торговля – только около трети.

Тут есть нюансы, в зависимости от типа бизнеса. У торговцев EBITDA формируется из торговой маржи, там нет амортизации. А у распределения большая доля в EBITDA – именно амортизация. Поэтому если мы смотрим не EBITDA, а нетто-прибыль – там соотношение будет другое, в сторону увеличения доли торговли.

С точки зрения амортизации, самые интенсивные направления – сети, магистральные и распределительные. У Инчукалнса – немного меньше. У торговли – не совсем.

Соотношение по нетто-прибыли у торговли и распределения будет примерно половина на половину?

Примерно. Это можно посчитать, отняв по каждому направлению величину амортизации.

Кроме того, в законе предусмотрено, что следующим этапом реорганизации LG будет отделение распределительного бизнеса – это нужно сделать к 1 января 2018 года. То есть, для LG реорганизация не заканчивается. Там разрешены разные варианты, в том числе основание «сестринского» предприятия – как делается с Conexus, или «дочернего» – сохраняя единую интегрированную структуру. Это будущие решения, которые еще предстоит принять акционерам.

Что еще нужно учесть – что эти два направления очень отличаются по бизнес-рискам. Торговля – это открытый рынок, клиенты могут выбирать. Распределительные сети – остаются регулируемой частью бизнеса, который завязан на инфраструктуре. Что хорошо для инвесторов – у них получается сбалансированный портфель: раз в LG остается часть регулируемого бизнеса, это дает больше стабильности в прогнозировании показателей.

Правильно ли я понимаю, что даже если Latvenergo отказался бы от покупки газа LG – отказаться от услуг распределительной сети LG там все равно не смогут?

В распределительном бизнесе полностью сохраняется монополия – для всех потребителей в Латвии, вне зависимости от того, кто торговец. Это сохраняется, как и было.

Навсегда?

Ничто не вечно (улыбается), но обычно практика такова, что в уже имеющиеся зоны распределительных сетей новые операторы не идут. Другое дело, если к газу подключают новый город или район – тогда может быть другой оператор сетей распределения. Сейчас по газу в Латвии – один оператор (распределения), а по электричеству – кажется, девять… Но тоже не слишком большие.

О зиме и электричестве

Верно ли утверждение, что рост поставок газа в первом полугодии на 16% – это из-за частых поломок энергомостов между Литвой и Скандинавией, из-за чего больше электричества для Литвы производилось на рижских ТЭЦ Latvenergo, которые для этого покупали больше газа?

Частично. Но все же первичный фактор влияния – уличная температура. Больше всего газа потребляется для производства тепла в холодное время года. В 2016 году сильнее всего на результаты повлиял январь, который был холодней января-2015. Это главное.

Конечно, в этом году больше было таких часов, когда ТЭЦ работали на газе, производя электричество. Если ТЭЦ может произвести конкурентоспособную для уровня цен на спот-рынке электроэнергию – это тоже влияет, и потребление газа в такие моменты растет. Но такое бывает и без проблем с энергомостами, просто когда цены на электроэнергию в латвийской и литовской зоне Nord Pool Spot сравнительно высоки.