Это абсолютно бесполезный текст о том, какие выводы сделали местные трейдеры из последних своих ошибок, который абсолютно не убережет других трейдеров от попытки эти же ошибки повторить. Ведь каждый в глубине души бывает уверен, что он сможет пройти по тому тонкому канату, на котором до него кто-то сломал ноги или свернул шею.

Текст: беседа пяти трейдеров, которые собрались поболтать в прошлый четверг.

Участники – кто под своими именами, кто под известными никами: Гатис Пойшс, Владис Спаре, Кимм, Vijs, автор.

Место: одно из кафе в Вецриге.

— В Литве говорят, из-за закрытия Ukio Bankas некоторые пострадавшие инвесторы уходят с фондового рынка. Из присутствующих мы кого-то тоже потеряли?

Кимм: — Могу сказать — да, меня вышибло. У меня осталось еще немного Agrowill, но это так… И его на рынке тоже сливали. Когда случились проблемы с Ukio, все сразу ищут возможный Ukio-2. Наверное, на Agrowill тоже так подумали.

— Повезло вдвойне.

Кимм: — Да, я купил самые рискованные активы. И еще RKB. Правда, последний я уже продал, нужны были деньги…

— С биржи уходишь окончательно?

Кимм: — Да, я уже всё. Теперь занимаюсь бинарными опционами, я там брокер и консультант.

Владис Спаре: — Я как раз недавно написал короткий рассказ о спекулянте, который потерял все. Вылетел в трубу. Будет опубликован в следующем журнале Latvju Teksti. Но это не про меня, у меня не так плохо все. А мой герой – вот он в полной трубе.

Гатис Пойшс: — Да ладно, признайся честно, что это ты (смеется) Тебе что, трудно? Нет, мы знаем, что это не ты, но пусть другие так думают! Это же для людей такая радость! Конечно, никто громко этого тебе не скажет – все будут сочувствовать.

Владис Спаре (улыбается): — Уговорил, пусть думают, что это про меня!

— Владис, обычно про потери на бирже пишут, что без них трейдеру нельзя ничему научиться.

Владис: — Я сейчас важную вещь скажу. В этом рассказе тоже будет такая мысль. Дело в том, что рано или поздно, человек допускает ошибку. Все равно где. Это может быть в интимной жизни, он может развестись с любимой женой, может пойти на красный свет, — что может быть глупее? Рано или поздно нас всех подстерегает какая-то ошибка. Вот передо мной сидит трейдер (кивает на Кимма), который знает, что никогда в одну корзину нельзя вкладывать 80% капитала. Он это знает примерно лет 15 или 20.

Кимм: — Очень захотелось, посчитал, что получится.

Владис: — Ошибки подстерегают всех. Я, например, тоже достаточно большие деньги потерял на Ukio. И тоже вложил туда больше, чем позволяли мои принципы разделения рисков. И я бы соврал, если бы сейчас сказал, что не ошибся. Но в чем особенность: все ошибки, которые мы делаем – они тупые. Умных ошибок не бывает. И я сам своим ученикам не раз говорил: никогда не вкладывайте много денег в одну позицию, и все такое. Но в какой-то момент ты сам делаешь все наоборот. Хотя, именно эта ошибка еще может быть ерунда. Ты можешь потерять любимого человека из-за какой-то ерунды – потому что она тебе не так картофель приготовила. И я могу сказать, что это была только одна из многих ошибок, которые я за свою долгую жизнь еще успею сделать.

— А сколько, по твоим принципам, следовало максимально вложить в одну рискованную позицию?

Владис: — Я почти никогда не вкладывал более 20%. У меня почти всегда капитал был вложен минимум в 5 позиций. Но тут я вложил больше. И это ошибка на уровне азбуки. Теперь я по-настоящему понимаю «Записки спекулянта» Лефевра – наверное, все считали. Раньше мне тоже казалось странно: он же застрелился в отеле Ритц, оставив записку «Моя жизнь была никчемной.» Хотя перед этим он написал интересную книжку о трейдинге. И получается, что все эти знания ты накапливаешь для того, чтобы потом сделать глупость. Рано или поздно это может быть со всеми.

Кимм: — Это как если ты смотришь в пропасть, и тебя тянет сделать глупость — прыгнуть.

Владис: — Да. Какие можно сделать выводы? Я считаю, совсем уйти от ошибок нереально.

— Нереально соблюдать свои же принципы разделения рисков и диверсификации, например?

Владис: — Я до конца жизни теперь буду вкладывать только до 20% в одну бумагу. Но я допущу другую ошибку. Может, где-то совсем в другой сфере. И, может быть, более чудовищную. Например, почему люди не учатся на чужих промахах. Чаще всего бывает так: кто-то один сделал глупость, а другой думает – ну, это он там ногу сломал, а я вот попробую сделать то же самое, я то уж ничего не сломаю. Люди стараются ваши ошибки повторять, с идиотской мыслью, что может быть я – особенный я! – по этому тонкому канату сумею пройти и не упасть.

Да, я потерял довольно большие деньги. Из-за собственной глупости. Конечно, потом всегда можно говорить, что виноват кто-то другой — Центробанк, биржа, аудиторы…

Кимм: — Я все же считаю, если бы литовский центробанк пошел навстречу Ukio… У них была договоренность, два года их надзирали, все было под контролем. Нет, я не говорю, что центробанк виноват, но в его руках было решение проблемы. Потому что любой банк – это айсберг. Возьмите любой американский банк – уверен, там баланс будет такой же дырявый, с теми же токсичными активами…

Владис: — Согласен. Но вкладывать туда 80% всех денег — это была твоя ошибка (Кимм кивает). Помнишь про пяту Ахиллеса? Негде не пишут, что было две пяты – хватает и одной.

(…подходит официантка, Владис просит минералку. Девушка называет три вида воды с газом, Владис уточняет: с фосгеном или ипритом? Девушка шутку не оценила: «Нет, газа там немного.» Владис: «Тогда мне с ипритом». Сидящие за столиком кусают губы…)

— Владис, а если бы вложил в Ukio до 20% — их потеря ошибкой бы не считалась?

Владис: — Не считалась бы. Потому что моя личная стратегия базировалась на том, что я покупаю рискованные активы на дне, когда цена ниже некуда, то есть делаю bottom picking. Наверное, у меня тоже была довольно наивная вера в то, что после падения Snoras банковская система Литвы уже приведена в порядок. И что если после этого Ukio разрешили работать, то там все более-менее в норме, несмотря на некоторые дырки, которые есть у всех. Но я взял больше 20%, и тут был не прав.

— Тогда получается, что не каждая потеря денег на бирже является ошибкой, из которой можно делать выводы.

Владис: — Как говорил Жан Кокто, искусство – это стремление объединить хромоту с элегантностью. И тот же трейдинг – это всегда игра с теорией вероятности. Там всегда будут случаи, когда теория вероятности срабатывает не в нашу пользу. Так что, если бы я не ошибся, то должен был потерять свои 20% капитала – и никаких системных проблем не было бы. Потому что такие позиции в bottom picking могут очень быстро дать прирост и в 100%. И если бы одна позиция прогорела бы полностью, а две другие поднялись на 100%… Мы уже в прошлый раз говорили про мультипликатор. Сегодня это, конечно, уже смешной разговор в нашем контексте…

— По другим позициям надежды на мультипликатор остаются?

Владис: — Сейчас, после своих потерь, я взял паузу. Потому что люди, которые достаточно много потеряли, становятся на какое-то время неадекватными. Так что сейчас у меня в основном вложения в инструменты с фиксированной доходностью. Позиций по акциям нет. Те, что были – закрыл до конца года. Потому что отец сына бил не за то, что тот проиграл, а за то, что хотел отыграться.

Еще несколько выводов, которые я сделал для себя лично. Вот этот парень (показывает на Гатиса) правильней всего действует: очень важно не создавать какую-то группу людей, которая стоит в одной позиции этакой стеной. Не надо было о моих покупках нигде громко заявлять. Это важный момент. Иначе ты в проблемной ситуации уже начинаешь думать: ну как я сейчас начну продавать, там же мои хорошие знакомые стоят. Хотя, мысли такие – начать уменьшать свою позицию в Ukio – временами возникали.

И еще момент: никогда нельзя делать большие трейды, когда у тебя какие-то проблемы – в жизни, со здоровьем, где бы то ни было. Ты можешь потерять над собой контроль. Мы все не без изъяна. Остается надеяться, что таких ошибок будет меньше.

Vijs: — Такое действительно бывает: когда ты даже получаешь кайф от понимания, что ты на рынке действуешь абсолютно самоубийственно, и ходишь по краю. При этом тебе все вокруг могут говорить, что ты делаешь глупость…

Владис: — У человека в мозгу есть фронтальные доли. И когда трейдер находится в позиции – приток крови к этим долям странным образом ослабевает, и человек теряет способность критично мыслить. Он в плане аналитических способностей падает до уровня пятилетнего ребенка. Из-за этого многие инвесторы, особенно в дей-трейдинге, на следующее утро вспоминают свои сделки и хватаются за голову: ну как я там покупал?! Зачем?! Что за помутнение?!

В дей-трейдинге и свинг-трейдинге это очень частые моменты – состояние пятилетнего ребенка. Поэтому все и говорят: записывайте свои решения. Чтобы этому ребенку хотя бы листок на мониторе приклеить: дорогое дитя, когда акция упадет вот сюда – пожалуйста, продай все! А ребенок говорит: Нет, я не хочу продавать, мне все это нравится! Когда ты трейдер на более длинных дистанциях, такие моменты тоже наступают, но реже.

Так что я бы так сказал: доверять своему интеллекту – нельзя.

— В прошлую нашу встречу ты был оптимистичней насчет интеллекта и возможности не делать глупых ошибок, говорил про уроки исследований Тверски, Канемана…

— Коне-е-е-чно! Но самое дорогое – это глупость: за нее приходится платить дороже всего. И я считаю, что я склонен к таким ошибкам. И, рано или поздно, допущу следующую.

— Кажется, пока тут только один человек это допускает.

Кимм: — Нет, я тоже согласен с Владисом. Но потом ты пытаешься анализировать, где именно ошибся. И в случае с Ukio я считаю, что скорее попал под неудачный расклад. Не сработало. Но могло сработать. Если бы не моя уверенность… Но она блокирует все.

Владис: Эта ошибка – как прививка от клеща: в следующие 10 лет ты такого не сделаешь (улыбается).

— После такой прививки он ушел с рынка.

Владис: — Да не уйдет он никуда.

Кимм: — Да, можно сказать, что с рынка я ушел. Там у меня осталась какая-то мелочь.

Владис: — Ничего, начнешь заново, вернешься.

— Заложишь квартиру…

Кимм: — Нет, уже закладывал однажды. Делал пирамиду по Ventspils Nafta: тогда в Krajbanka можно было заложить акции, получить еще деньги, снова купит акции, снова заложить… В итоге акции начали падать, и я не смог верхушку пирамиды отблокировать — пришлось срочно квартиру заложить в Parex, чтобы пирамиду разобрать обратно. После этого они упали еще ниже. Там был такой риск, что мог и квартиру потерять.

Владис: — Я могу сказать, что не допустил больших ошибок на бирже ни в прошлом веке, ни при доткомах… Всегда вовремя выходил, никогда нигде не горел.

Кимм: — Это расслабляет.

Владис: — Да, и тогда рано или поздно наступает твой черед.

— Если ты долго не падал, прочитал тысячу книг о трейдинге, и все равно делаешь глупые ошибки – в чем тут отличие от новичка, который ничего не читал, и так же глупо ошибается?

Владис: — Разница в том, что новичок уверен, что он не ошибся, и что это рынок его просто так побил, незаслуженно (пауза) И еще ему легче! (смеется).

Vijs: — Мне все же кажется, в Литве в данном случае на рынке просто была война. Наверху решили, что русские банки на рынке лишние. Это политика.

Владис: — Тут нужно сказать, что bottom picking – стратегия сама по себе очень опасная, даже в нормальных рыночных условиях. И эта сильно падающая цена уже отражает, что там большие риски.

— Кто-то мог ошибиться в том, что повелся на авторитет – мол, ну раз Владис, который не ошибался, сидит в Ukio, то и я, не столь опытный, тоже…

Владис: — Да, сейчас мне нужно было бы встать и сказать: извините, я это все просто придумал, и у меня никогда не было позиций в Ukio! (смех, аплодисменты). Шучу.

— О том, что еще не обанкротилось: Гатис, все еще смотришь на Grindeks?

Гатис: — Уже не смотрю.

Vijs: — Он там уже по мозгам получил.

Гатис: — Я уже говорил: лучше выйти с дыркой в шубе, чем совсем без шубы. Да, что-то потерял. Судя по тому, что вижу сейчас – принял правильное решение, что быстро вышел.

Кимм: — Мне со стороны вообще кажется, что сейчас на рынке какая-то череда разочарований. Например, я верил, что у RKB будет прибыль.

Гатис: — Я тоже. Думал, хоть небольшая, но будет.

Кимм: — Но то, что там с заказа газовой платформы на двести миллионов прибыли нет вообще никакой – такого я не ожидал. И эти смешные дивиденды – просто из серии «отстаньте от меня!». Потом эта история с Металлургом. А сейчас еще Olainfarm взорвался – а это, на мой взгляд, такой качественный локомотив местного рынка.

— Вроде сильно на бизнесе Olainfarm это взрыв не отразился — так, по крайней мере, говорят на заводе.

Кимм: — А кто тебе скажет правду? А какой там производился препарат? А на складе у них какой-то запас есть? Про Ukio Владис в прошлый раз мне тоже говорил: аудиторы и центробанк сказали, что там все в порядке! (общий хохот)

Владис: — Ну они же тогда действительно так писали!

Кимм: — Ну да, а я тогда сбивал цену, и шутил: мол, кто тебе правду-то скажет! (хохот) И этот мысленный бумеранг ко мне в итоге вернулся. Но речь о другом — сами видите: все лидеры больше или меньше пострадали. Даже «бальзамка», как ее цену уронили после декабрьского аукциона, так с тех пор и не может подняться. И не видно тут драйва на рынке. Кажется, что просто не в чего вкладываться…

Гатис: — Именно сейчас – да, не в чего.

— А какие надежды погнали покупать Grindeks сразу после публикации квартальника?

Гатис: — Ну, хорошие результаты были, захотелось легких денег! (смеется) А потом пришел продавец YHI (эстонский SEB pank), и сказал, что легких денег не будет! Хорошо, что я быстро это понял.

Кимм: — И тут же быстро продал?

Гатис: — Ну как быстро? Медленно! Себе в минус, лишь бы выйти. Плакал, но отдавал!

— А вариант подождать и пересидеть в позиции годик — не интересовал?

Гатис: — Нет. И там дело не в P/E. Я всегда говорил: дело всегда верняк, если ты идешь вместе с большим YHI. Вот ты даже не хочешь брать какую-то бумагу, а большой YHI – берет. Бери и ты! Не прогадаешь. А если он продает – продавай! Не взирая ни на что. Особенно если напротив стоят LHV, Swedbank Riga – продавай им весь пакет, сколько можешь! Это началось с падения SAF, когда он упал до 2 латов: никто его не продавал, все покупали – только большой YHI продавал ни нисходящей, хотя там через пару дней было начисление дивидендов по 23 сантима на акцию! Так что это всегда верняк.

— То есть стратегия простая донельзя – везде ходить за лидером.

Гатис: — Не совсем. Ты не можешь знать, куда он пойдет, если просто сидишь на диване и пишешь роман. Ты сам должен пожертвовать определенной суммой денег, купить входной билет, увидеть это – куда идет тот же Grindeks, сделать выводы… И что меня там больше всего пугает… Я еще полгода назад говорил, что на нашей бирже есть «стеклянные» ордера – только для крупных клиентов, абсолютно не видимые. Это не обычные «скрытые» ордера, от которых какой-то кусок все же торчит. И если я вижу, что «стекляшку» выставляет YHI… Один раз я уже попал на нее. И я точно знаю, что в таких случаях надо делать – там уже вопросов нет никаких.

Владис: — Это тоже правильный подход – и очень хороший уровень type reading. Он внимательно читает ленту.

Гатис: — И тут я не говорю о том, что будет с Grindeks через год. Меня пугает, что будет через неделю, или через две. И я понял, что у меня есть возможность быстро выйти, пока со стороны покупателей там еще есть какие-то активисты. Потому что когда эти активисты тоже все поймут, ты уже не выйдешь, будет поздно. Вот сейчас спрос стоит уже по 5 латов – и если у тебя большой пакет, то все, ты там сидишь…

Кимм: — То есть, у тебя стратегия – всех накормить, и выйти.

Гатис: — Я просто хотел выйти. Если продают мастодонты – все, там нечего делать.

— В то, что Grindeks начнет платить дивиденды – не веришь?

Гатис: — Не верю. Да и в любом случае – даже если через год это случится. Мало ли, что еще в течение года произойдет.

 

Конец первой части. Вторая часть – скоро.