Аукцион либо покажет эффективность рынка, с ценами плюс-минус на уровне биржевых, либо – в случае больших дисконтов — это будет уникальное событие, о котором мы будем вспоминать и годы спустя. Так член правления Finasta Андрей Мартынов говорил перед аукционом. Его выводы и прогнозы после распродажи – ниже.

Andrejs_Martinovs

 — Итого, вывод – это аукцион будут вспоминать?

— По отдельным позициям мы все же увидели эффективность рынка – и цены были сопоставимы биржевым уровням. По ряду акций сразу было   понятно, что пришел серьезный покупатель, который готов платить максимальную рыночную цену, и тем самым исключил все возможные спекулятивные попытки заработать на этом мероприятии. Понятно, это в первую очередь можно сказать про Grindeks, Liepajas Metalurgs, еще по ряду позиций. И остальное рынок с этими покупателями состязаться не стал.

При этом выставленных на продажу позиций все-таки было довольно много. И у всех активных трейдеров глаз горел почти по всем бумагам. Соответственно, было много суеты, которая выражалась в виде большого числа ордеров, поданных в брокерские отдела. И по «ордер-букам» это было видно: по некоторым эмитентам – серьезный количественный спрос.

Резюме? Думаю, любая предприимчивость в большинстве случаев вознаграждается, и для части инвесторов рынок оказался эффективным – более или менее. Никто тот же Latvijas balzams по 70 сантимов не получил – в основном покупатели были готовы платить больше. А дальше уже рынок начал регулировать ситуацию. Тот же Latvijas gaze в итоге продали очень близко к рынку.

Думаю, всем понятно, что если бы газовые акции были более ликвидными, их цена на бирже была бы гораздо выше. Потому что фишка хорошая, дивидендная. Но проблема в том, что купить серьезные объемы на бирже практически нереально. Соответственно, на аукционе люди заплатили довольно неплохо. А по бальзаму у инвесторов были свои сомнения, и это выразилось в дисконте.

— Какие мысли по Ventspils nafta и Latvijas Kugniecība?

— Там заранее были легкие ощущения присутствия каких-то покупателей – и это реализовалось на аукционе. Те, кто более-менее в нашем рынке ориентируется, наверное, это понимали. И мне кажется, все ждали этих крупных и адекватных в плане цены ордеров. И они появились. Правда, в самый последний момент. Многие даже задавали риторические вопросы – а почему к VN нет интереса, а когда появится покупатель?

— Чем объясняешь появление в последний момент?

— Там может быть масса причин. Может, у покупателя были сомнения: а вдруг его заявку кто-то бы перебил? Не знаю.

— Благодаря каким бумагам этот аукцион будет вспоминаться долго?

— Бальзам ушел неплохо – недорого. Наверняка были еще какие-то неликвидные бумаги, которые ушли по привлекательной цене. Но в целом я бы не сказал, что это была какая-то жесткая брутальная распродажа за копейки, которая случается, когда информация об аукционе отсутствует, и несколько участников рынка забирают все. Такого не произошло.

Наверное, это и хорошо, и не очень. Те, кто более-менее серьезно к этому мероприятию подошел, и заранее обеспечил себе торговую инфраструктуру – думаю, в итоге выстрелили в яблочко. Не по всем позициям, но по некоторым точно. С другой стороны, из-за широкой публичности процесса дилетантов тоже было много, судя по ордерам.

— Откуда такое наблюдение?

— Ну, в какие-то моменты было ощущение такого наивного ожидания чуда: когда кто-то хотел купить за сантим Latvijas Gaze или Ventspils Nafta, например. Такие ордера тоже кто-то ставил. Хотя смысл мне непонятен. Нет, ясное дело, должен быть какой-то разумный дисконт, если в случае бальзама – за большой объем, плохую ликвидность на рынке, и так далее. Тем более, у институционалов были свои барьеры на участие по многим бумагам.

Понятно было, что будут градации ставок: кто понахальней – и хочет 40% дисконта, кто согласен на 25%, а кто и на 15%. Кто был совсем понаглей – может, и совсем ничего не получил в итоге, кто-то получил с нормальным дисконтом, ну а кто-то явно переплатил, по сравнению с другими. Но и наивных сантимовых заявок по серьезным бумагам было много, и это даже странно: зачем тратить время — свое и брокера — и забивать рынок такими нелепостями? Это то, что бросилось в глаза.

Finasta принимала участие в аукционе?

— Конечно. Finasta, как правило, участвует во всех активностях рынка ценных бумаг Балтии.

— Если вы выкупили свои же фонды – это понятно, вопрос скорее в том, был ли у вас интерес к акциям?

— Детально не отвечу, скажу только, что мы активно участвовали.

— По «Бальзамке»: с аукциона ее купили в диапазоне 1,20-1,61 лата, цена на бирже – около 1,9 лата, но бидов уже почти нет. До какой отметки ждем коррекцию?

— Думаю, эти биды около 2 латов… Тот, кто их ставил на биржу, скорее всего про них давно забыл.

В принципе, есть два пути развития событий. Или надо пытаться первому забить лучшие биды, которые будут после аукциона на бирже, либо сидеть тихо, и ждать, пока вся эта волна схлынет. Радует, что цены и объемы на аукционе по «бальзамке» были разные: на каждом уровне отсекаются потенциальные продавцы, которые могли бы продавать на бирже с профитом.

Тот, кто купил акции BAL за 1.61 лата, вряд ли станет продавать их на бирже дешевле. И так далее. Но какая-то коррекция, конечно, должна быть. С другой стороны, часть тех, кто покупал на аукционе, вряд ли собирались через пару дней закрывать эти позиции.

— Вопрос в том, сколько тех и других, и будет ли на бирже спрос.

— В любом случае, надеяться быстро выйти из Latvijas Balzams – это наивно, с учетом ликвидности. Пароходство – еще куда ни шло, более-менее торгуемая бумага. Olainfarm – тоже. А с «бальзамкой» – не верю, что кто-то сможет быстро выйти с серьезным объемом. А с другой стороны, кто-то, купивший очень дешево, небольшие объемы наверняка попытается слить как можно быстрее в те биды, которые будут выше уровня 1,60 лата.

— В общем, будет «распродажа-2» в более ограниченных объемах.

— Распродажа  будут ограничена размером бидов. А скидывать сейчас на эмоциях тот же «бальзам» по 1,4 лата, купив его с аукциона по 1,3 лата – в существовании таких игроков я сомневаюсь. Вряд ли кто-то шел на аукцион за таким гапом. Но если кто-то рассчитывал на доходность на уровне 5% — скорее всего, они смогут зафиксироваться на таком уровне в ближайшие дни.

Если же покупатели наполняли свои портфели не для быстрой продажи – тогда эта волна после первой распродажи довольно быстро схлынет, и будет более ликвидный рынок по некоторым позициям. И все. Тому же «бальзаму» это только добавит ликвидности. И «газу» тоже.

— Насчет фиксации прибыли и ее размеров – тут все индивидуально. На днях, если не исчезнут 2-3-сантимовые биды по Zoovetapgade, купивший эти акции с аукциона по сантиму зафиксирует свои 150-200% прибыли

— Согласен. Если Zoovetapgade на днях еще будут котироваться (улыбается).

— Остальным, думаешь, предстоит сидеть в позициях годы?

— Годы – вряд ли. По каким-то эмитентам возможен просто сдвиг коридора «бид-аск». Ну и вопрос алчности. Кто-то, получив дешево, будет готов на быстрые 10% прибыли. Кто-то посидит-подождет свои 50%.

— Рынок ставит поживее?

— Скорее всего. Куда-то же эти акции упали. Куда-то же эта ликвидность должна попасть. В любом случае, это позитивная встряска для местной трейдерской публики. То, что это произошло – хорошо. Что по разным ценам – отлично. Наверное, какой-то остроты на бирже в ближайшие дни это добавит. Если нет – будет жалко.

— Насколько сбылись опасения, что во время аукциона брокера будут перезагружены, и дозвониться до них будет проблемой?

— Активность клиентов была высокой. Насколько я слышал, некоторые клиенты в итоге не успевали сделать последние заявки, но это логично. Для брокера поставить все ордера – это ручная работа, и при большом числе заявок успеть все их поставить просто технически невозможно.

Наверное, могли быть случаи, когда клиент даже дозвонился в конце аукциона, но его ордер не успели поставить. В таких состязательных торгах это уже выбор трейдера: заранее поставить цену повыше, но с большей вероятностью что-то получить — или не торопиться, и пробовать что-то сделать в последний момент. Но в последнем случае с этим риском нужно считаться.