Совладелец Liepajas Metalurgs Киров Липман подал неожиданный проект решения на акционерное собрание — выплатить прибыль предприятия в виде дивидендов. Есть и ряд других его предложений. Сам Липман соглашается, что его идеи могут отвергнуть. Но тогда и у него есть возможность блокировать предложения других акционеров. Внутри крупнейшего промышленного предприятия Латвии — обострение, грозящее вылиться в корпоративную войну? Сам Липман в беседе с порталом Naudaslietas об этом говорит весьма эмоционально. И, кстати, обещает, что контролируемый им Grindeks вскоре тоже начнет платить дивиденды.

— У вас на грядущем собрании акционеров Liepajas Metalurgs есть ряд своих предложений, который отличаются от предложений других крупных акционеров. Например, вы предлагаете прибыль компании за прошлый год выплатить акционерам в виде дивидендов…

— Да, это мое предложение, потому что долгие годы «Металлург» работал с прибылью, и ни разу не платил дивиденды. Пусть покажут, куда эти деньги ушли. Там же немало накопилось, начиная с 1997 года! Вот куда, на что эти деньги пошли, что не разу не было дивидендов? Вот и все. Я же не прошу, чтобы мне непременно дивиденды дали. Это сделано для того, чтобы они полностью отчитались за все годы. Например, нужно ли нам было получать госгарантию на плавильную печь, если мы ее давным-давно заработали?

— А мнение крупнейших акционеров, что прибыль нужно направить на погашение кредитов – с этим вы не спорите?

— Если они мне покажут, что прибыли «Металлурга» целенаправленно пошли на развитие предприятия, а не куда-нибудь в оффшорные компании – тогда у меня вопросов не будет! Конечно, я только за то, чтобы вкладывать в промышленность, чтобы ее развивать! Но для чего взяли госгарантии, взяли кредиты? Сегодня у предприятия 168 миллионов долга! Откуда все это? И нужно ли нам было брать эту госгарантию вообще? И  такой кредит? Ведь можно было все это по-другому сделать!

Можно было эмиссию акций сделать! Поручить это очень опытной компании. Могли бы получить цену акций на уровне минимум 10 латов! За одну акцию! Так я в свое время сделал с Grindeks. И никакая госгарантия не понадобилась бы. Там ведь денег хватало бы! А потом, когда мы заработали бы… Ведь основными покупателя акций наверняка были бы фонды, а не индивидуальные инвесторы. Мы бы им в итоге добавили к прежней цене плюс 10 процентов – и выкупили бы все обратно, если бы захотели! Но зато завод не был бы должен никому! Разве не логично?

— Если посмотреть по пакетам акций с  правом голоса, то у вас пакет около 20%, а у ваших оппонентов Сергея Захарьина и Ильи Сегала – около 70%.

— У меня уже 23,27% акций.

— И большинство может на ваши инициативы ответить отказом.

— Конечно. Но это будет сделано публично, во всеуслышание. И всем будет известно мое мнение. Каждый акционер имеет право свое мнение высказать. При этом я понимаю, что могут отклонить мои предложения. Естественно. И так скорее всего и будет. Но я, по крайней мере, скажу, что так руководить заводом нельзя! Руководство ведется безобразно! Особенно в экономическом плане. Я же вижу, что там происходит! Почему такие долги накопились? И для чего? Больше мне ничего не надо. Я хочу, чтобы один раз все это открылось! Куда деньги идут, куда они выплывают и где всплывают – пусть расскажут!

— Раз уж зашла речь о дивидендах – когда их может начать платить ваш Grindeks?

— Думаю, что в скором времени уже. Мы уже вложили 60 миллионов долларов в Grindeks. Но мне там есть что показать – я построил новый корпус, новое производство! Пожалуйста! И я хочу, чтобы они в «Металлурге» тоже все это показали! Я же не за то, чтобы просто деньги хапать! Мне не надо! Я же болею за завод, денег мне хватает!

— Про дивиденды Grindeks: «в скором времени» — это через год, через два?

— Да, думаю, через год, наверное, будем платить. Через два – максимум. Конечно будем платить дивиденды, обязательно! Почему нет.

— Говорите, «Металлург» управляется безобразно, и тем не менее, вы в последние годы продолжали покупать его акции на бирже. Верите в перемены?

— Когда я войду на этот завод, как полноправный хозяин… То есть как один из полноправных хозяев – вот тогда я по-другому буду решать на этом заводе экономику! Я думаю, она будет значительно эффективней. Я это доказал уже! Кто вообще поднял этот завод! Если бы не Липман, этого завода сегодня бы не было, там было бы поле! Я это второй раз доказал на Grindeks. Когда я туда пришел, оборот был 11 миллионов, сейчас – 100 миллионов. Почти. Наверное, я доказал, что я могу. Потому что я профессиональный экономист. Профессиональный! – подчеркиваю.

— А сколько вам нужно акций, чтобы вы могли войти на завод, как один из полноправных хозяев?

— Мне и сегодня достаточно акций, практически это блокпакет (как поясняют эксперты, формально блокпакет – это 25%, но так как не все акционеры ходят на собрания, 23% тоже может быть достаточно для блокирования некоторых решений, — С.П.). Кроме того, я должен еще получить свои акции, которые мне должны отдать!

— Кто должен отдать?

— Захарьин.

— И сколько должен?

— Почти два миллиона акций.

— У вас есть такой договор?

— Какой договор, он просил, что вот надо купить оборудование, надо поставить новую печь, нужно ему было обязательно, чтобы у него был контрольный пакет, чтобы мог там руководить… Ну я ему и дал. Руководи! Печи запущены, теперь имею право получить обратно акции.

— Думаете, он отдаст акции?

— Что значит, отдаст он или не отдаст! Тогда через суд отдаст! Куда он денется! Что это, у него что, есть документы какие-то? У него нет документов! Будет суд, суд решит.

— И когда вы думаете вернуться к управлению заводом?

— В скором времени. Думаю, что в этом году. И тогда будут перемены к лучшему, обязательно! Я себя в другом амплуа не вижу. Я знаю, как управлять заводом. И нынешние 23% акций – они мне многое позволяют! Блокировать решения позволяют.

— Вы об этом с остальными крупными акционерами говорили, какова их точка зрения?

— Нет. Но то, что я подал свои претензии и дополнения к повестке дня – наверное, они что-то думают теперь. Другое дело, каким образом они думают. Если как порядочные люди думают – это одно. Тогда надо собираться и решать. А если они думают, как криминальные структуры – это другое. И тогда надо думать по-другому.

— Акционеры предлагают утвердить план на 2012 год с оборотом в 342 миллиона латов и прибылью в 10,2 миллионов латов. Вы предлагаете этот план не утверждать, и дождаться отчета за первый квартал. Думаете, цифры в плане – недостаточно хорошие?

— А что такое 10 миллионов прибыли для такого завода! О чем вы говорите! Я на Grindeks более 10 миллионов… в плане есть получить! (прибыль Grindeks за 2011 год – 6,7 миллионов латов, — С.П.) Десять миллионов – это не та прибыль, которая должна быть. Это маленький показатель, я считаю.

— А сколько вы считаете было бы нормально?

— Такой завод должен зарабатывать минимум по 20 миллионов в год. Это минимум! Если правильно все сделать, правильную структуру создать. Все это можно сделать.

P.S. К сожалению, руководство Liepajas Metalurgs до сих пор не было готово контактировать со СМИ. Если такое желание появится после интервью г-на Липмана – автор готов представить и их точку зрения.