По словам члена правления Olainfarm Салвиса Лапиньша, в ближайший месяц торговлю акциями предприятия на бирже начнут поддерживать структуры, обеспечивающие ликвидность. Что до выплаты дивидендов – они в этом году могут составить 10-15% от прибыли компании, то есть, по предварительным оценкам, около 5-6 сантимов на акцию.

– Как оцениваете информацию о росте продаж в январе на 16% (вместе с аптечным бизнесом, рост составил 35%)?

– Нормально. Мы уже заранее готовили рынок к тому, что достичь и в этом году роста оборота на 40% скорее всего не удастся, и нынешние 16% – хороший показатель. Особенно с учетом того, что в январе прошлого года у нас была довольно большая отгрузка в Великобританию, которой в этом году не было. Так что в принципе мы довольны.

– В «твиттере» вы отметили рост продаж в Тайване на 259%. Судя по отсутствию громких заявлений о выходе на новый рынок, речь идет о поставке активного вещества?

– Да, это химия. Хотя, мне, если честно, не сильно нравятся эти сравнения по месяцам в рамках одного рынка. У нас бывает стоимость одной фуры – полмиллиона евро. В одном месяце фура ушла 30 числа, а через год такая же фура ушла второго числа следующего месяца. Скачок по деньгам может выглядеть существенным, хотя по сути особой разницы для бизнеса может не быть. В итоге математически получилось, что Тайвань в январе показал себя хорошо. Хотя мы понимаем, что в перспективе ближайших лет этот рынок в наш ТОП-10 вряд ли войдет.

– Все же спрошу о месячных продажах по Беларуси: когда вы комментировали падение продаж в декабре – говорили о влиянии конца года и сокращении бюджетных трат на приобретение лекарств в декабре. Падение в январе – на 51%. Бюджет уже вроде как не причем.

– Вот опять таки, месяц на месяц я бы не сравнивал, тем более что в странах СНГ январь – месяц особых колебаний. Главное по Беларуси, что вторичные продажи в январе там росли. Что там было посередине – то ли склады распродавали остатки, или просто новую партию еще не заказали, учитывая, что до числа 10-11-го там никто особо не работает… Опять же, может быть актуален пример про одну фуру, которую отгрузили не 30 января, а второго февраля. Вот если бы там упали вторичные продажи – тогда можно было бы кричать караул. Но у нас там в рознице – «надцатипроцентный» рост.

– Судя по данным за январь, можно ли сделать вывод о том, помогло ли вам приобретение сети аптек?

– Продажи в наших аптеках в январе – на уровне 520 тысяч латов. Мы осторожно планировали выйти на уровень 7 миллионов латов в этом году, с учетом, что будут куплены еще аптеки. Но уже сейчас мы идем довольно близко к запланированной цифре. А учитывая, что в январе гриппа еще нету, а денег после нового года – уже нету, я бы больше склонялся к прогнозу, что нынешние показатели – хорошие.

– В общем, продажи аптек Olainfarm в январе – в стадии «между шампанским и гриппом».

– (смеется) Да, можно сказать так.

– Г-н Малыгин ранее говорил, что приобретение сети аптек поможет в переговорах о продаже продуктов OLF с другими аптечными сетями. Пока такого нет?

– Ну, за один месяц такое не происходит. Но понятно, что в наших аптеках все ключевые продукты OLF – всегда в наличии, и мы будем стараться, чтобы цена на наш продукт всегда была хоть немного ниже других аналогов. Несомненно, это даст какую-то выводу и самому предприятию. Но с учетом того, что сейчас наша сеть находится в стадии становления – мы все еще продолжаем покупать аптеки, — говорить о серьезном эффекте я не могу.

– Сейчас ваши аптеки работают с прибылью?

– Они работали с прибылью до приобретения, и сейчас тем более. Точных данных о размере прибыли пока нет, но вряд ли там что-то серьезно поменялось.

– Актуальны ли прежние предположения, что нетто-рентабельность вашего аптечного бизнеса будет в рамках 6-10%?

– Да, примерно так оно и выглядит.

– Вы планировали довести число ваших аптек с 30 до 40 в первом полугодии. Скоро ли будут эти сделки, и не планируете ли превысить цифру 40?

– Мы понемногу продолжает докупать аптеки, а кроме того, сейчас открыли еще одну в Кемери, Юрмале. В итоге сейчас у нас – уже 32 аптеки. Есть еще идеи, что купить, и прежние планы – плюс десять аптек за полгода – выглядят реальными. При этом вряд ли нам удастся купить еще одну готовую сеть: их в Латвии довольно мало, и они довольно дорогие. Поэтому мы в основном покупаем либо отдельно стоящие аптеки, или SIA, которому принадлежат 2-3 точки.

– Кредит, полученный в SEB Banka на покупку аптек – 4,2 миллиона латов – взят на финансирование уже приобретенных точек, или с запасом на все 40, которые планировались?

– На то, что мы уже приобрели. Но есть еще небольшой запас на пару-тройку аптек.

– Эта сумма – 4.2 млн латов – полностью покрывала цену сделки, или OLF вкладывал и свои деньги тоже?

– Конечно, и свои тоже. Наше софинансирование составило 20%, банковское – 80%. Но некоторые маленькие аптеки мы покупали без банковского участия, так как суммы там были небольшие.

– Получается, совокупный ваш и банковский бюджет на покупку аптек – около 5 миллионов латов.

– Пока мы потратили чуть мене 4,5 миллионов.

– И если в докризисные годы, по словам г-на Малыгина, аптеки продавались за сумму годового оборота, то теперь, с учетом ваших планов выйти на 7 млн оборота, по сравнению с докризисным периодом вы купили аптеки процентов на 35 дешевле…

– Как когда, было очень по-разному. Есть аптеки, где на момент приобретения возможности роста оборота были исчерпаны. И есть такие, где при определенных усилиях оборот можно увеличить, вплоть до удвоения. Например, бывают варианты, что в результате не очень правильного управления некоторым аптекам не хватало оборотных средств, следовательно – товара и оборота. При этом их расположение порой – очень хорошее. Опять-таки, большинство аптек, которые мы покупаем – это семейный бизнес, и там люди как умели, так и управляли. Зачастую есть довольно серьезные возможности для улучшений.

– Месяц назад вы говорили, что вот-вот начнутся первые продажи нового «улучшенного милдроната» от OLF на Украине. Не начались?

– Пока не видел последнюю отчетность, но там либо уже начали, либо вот-вот начнем. Просто украинская организация, выдающая разрешения на регистрацию лекарств, проводит собрание раз-два в месяц. И там уже в декабре оставалось сделать последние штрихи, чтобы эту регистрацию получить.

– Ваши коллеги с Grindeks сообщали о запуске новых продуктов на базе милдроната.

– Я не сильно в курсе, на какие индикации рассчитан этот продукт коллег, но вряд ли они совпадают с нашими один в один. Да, это группа кардиологических лекарств, но спектр применений там  весьма велик, даже при том, что сама молекула у нас и у них может быть очень похожа. Методы применения в итоге могут быть разными. Хотя по каким-то подвидам диагнозов могут быть совпадения, и где-то конкуренция между нами будет неизбежна.

– Есть ли подвижки по давно запланированному выходу на рынок Вьетнама? Около месяца назад вы говорили, что есть инструмент, позволяющий поставлять отдельные партии отдельных продуктов до получения «постоянной регистрации»…

– Пока эту партию не отгрузили. Наши представители туда съездили, договорились о механизмах поставок, теперь нужно выполнить определенную процедуру. Хочется думать, что все случится в этом году. В каком объеме? Для начала надеемся на объем поставки на сумму около 100 тысяч евро. При этом работа над получением регистрации основных продуктов не останавливается.

– И о дивидендах: ранее сообщалось, что Olainfarm может увеличить долю выплачиваемых из прибыли дивидендов с прежнего уровня, который составлял 10% от прибыли (2,5 сантимов на акцию в 2011 году)…

– Да, такие намерения у нас есть. Сейчас стараемся приблизительно понять объем необходимых инвестиций на этот год, но по предварительным данным, доля выплачиваемых дивидендов вполне может составить цифру между 10 и 15% от прибыли.

Как скоро торговлю акциями Olainfarm на бирже начнут поддерживать обеспечители ликвидности?

– Надеюсь, что в течение месяца система обеспечения ликвидности начнет работу. Сейчас мы завершаем подготовительную работу, и улаживаем последние технические детали с биржей и партнерами. Подразделения каких финансовых учреждений будут поддерживать ликвидность OLF? Это пусть пока останется тайной, но ждать осталось недолго.

– После первого на рижской бирже вебинара OLF у вас были встречи с институциональными инвесторами, в том числе в Эстонии. Насколько им интересен OLF?

– Скажем так, вряд ли один вебинар послужил каким-то переломным фактором, все же мы стараемся быть открытыми для инвесторов вот уже несколько лет. В то же время надо признать, что во время всех последних встреч с инвесторами, в том числе в Эстонии, беседы начинались с комплиментов именно по поводу вебинара. А интерес – да, он чувствуется. Но в какой форме и когда это дойдет до реальных сделок, пока сказать трудно.