Ситуацию с ростом продаж на Украине и влиянием девальвации в Беларуси порталу Naudaslietas комментирует член правления Olainfarm Салвис Лапиньш.

— По Беларуси: в первом квартале рост продаж там был на 116%, в апреле – падение на 38%, в мае – на 28%. С чем это связано, и сказалась ли на вас девальвация белорусского рубля?

— У нас была довольно большая отгрузка товара в первом квартале, товар там в наличии есть, и теперь скорее нужно говорить о неравномерности поставок. Отсюда и затишье. Почему я был достаточно оптимистичен относительно влияния девальвации – мы видим наплыв заказов, вторичные продажи, видим потоки денег из Беларуси. Вот уже месяц прошел после девальвации, но каких-то страшных последствий там нету. Конечно, чтобы была полная картина, пару месяцев руку на пульсе еще нужно подержать. И тогда можно будет сделать выводы. Но пока можно сказать, что с учетом ударных поставок в первом квартале, даже без девальвации падение в последние месяцы было весьма вероятным.

— В общем, это колебания технического характера.

— Я не исключаю, что девальвация тоже подействовала, испуг мог иметь место. Но мы отслеживаем вторичные продажи, поступления денег – и не видим поводов для паники.

— Ты говоришь, что девальвация на 54% не особо скажется на продажах. Когда в России в конце 2008 года девальвировали рубль примерно на 30%, ваши коллеги из Grindeks тоже говорили, что вряд ли это сильно скажется – однако ударило это их по итогам 2009 года сильно.

— Я бы не сказал, что не скажется. Скорее я бы сказал, что наша работа по Беларуси достаточно успешна, чтобы те отрицательные последствия от девальвации, которые есть и будут, минимизированы прочими аспектами нашей работы. И если бы не девальвация, наши результаты по Беларуси были бы вообще сумасшедшими. У нас и сейчас там остается рост порядка 40% за 5 месяцев.

— И вопрос по Украине. В мае, по сравнению с тем же месяцев в 2010 году, у вас там рост на 168%. А за 5 месяцев – на 112%. Можно подробней об основных триггерах  роста?

— Есть три вещи, которые произошли на Украине. Первая, и самая главная – как бы скучно это не звучало, но это тот факт, что товары продвигаются, дополнительно исследуется их влияние, их покупают больше. Пункт второй: до сих пор у нас схема отношений с партнерами на Украине была такая, что мы ничего туда не платили за маркетинг, но давали товар с дополнительной скидкой. И за эту дополнительную скидку все маркетинговые процессы там делали наши партнеры.

С этого года мы договорились, что такой скидки больше нет, они платят полную цену, а мы им платим обратно деньги за маркетинг. Наверное, по весомости влияния на рост оборота это второй фактор. Но этот тот случай, когда от перестановки мест слагаемых сумма не меняется – оборот вырос, прибыль не изменилась – просто теперь за маркетинг мы платим сами. И третий фактор – мы стали эксклюзивным представителем одного латвийского представителя сопутствующих медицинских товаров на Украине. Эти три фактора и дают такой рост, примерное соотношение по влиянию этих факторов – 50, 30 и 20%.

— Если в результате смены схемы сотрудничества с украинским дистрибьютором по сути роста прибыли нет, в чем был смысл что-то менять?

— Насколько я знаю, это связано с украинским законодательством – я не в курсе деталей, но там что-то было с налогообложением.

— Компания «ОЛФА» – ваш дистрибьютор на Украине – прямо или косвенно принадлежала Валерию Малыгину.

— Это было давно (в 1999 году – С.П.), он участвовал в создании этой компании. Насколько я знаю, сейчас она не его, уже не знаю как долго.

— Как давно он ее продал?

— Вот этого не скажу – продал, отменял, не в курсе. Но, насколько мне известно, там сейчас нет никакой связи, кроме как дружественных отношений между партнерами.